Последние комментарии

  • Яна Асадова16 сентября, 9:02
    дорогая моя столица золотая моя Москва... ну а  у тебя столица это деревня гадюкино которая основала колхоз - "40 лет...Чем коренные москвичи отличаются от «понаехавших»?
  • Марат Габсадыков16 сентября, 7:00
    а когда раньше родители находили пару-разводов меньше было,детей в каждой деревне аж школы и фапы были...а когда мы с...«Не женись на русской!»
  • Мария Соколова15 сентября, 21:19
    Не обязательно драться физически. Моя бабушка была учительница русского языка и литературы, так в коммуналке её все б...Учитесь драться, интеллигенты!

Город добрых женщин

Воронеж я люблю. Там, во-первых, красивые женщины. Во-вторых, там живут мои друзья. Правда, мои поездки всегда сопровождаются какими-то приключениями. В последний раз, когда я туда приезжал, меня высадили на объездной и я перелазил через что-то высокое, очевидно, железное и очень грязное, чтобы добежать до ближайшей заправки и вызвать туда такси.

Испачкал руки, чемодан и брюки. Была ночь, на дороге стояли жрицы любви.

Женщина на заправке щёлкала семечки. У нее была оригинальная прическа.

- У нас тут, видите, снех! — сказала женщина.

- Красивый снех, — ответил я.                           

- Вы где ночевать-то будете? — участливо поинтересовалась женщина.

Кажется, она хотела принудить меня к сожительству.

Но это ладно. В ту ночь я еле попал в апартаменты.

- Вы через букинх заказывали? — выпытывала хозяйка квартиры.

- Да, через букинх, — отвечал я ей.

- Ой, а через букинх у нас огромная комиссия!

- Какая? — поинтересовался я.

- Сто тридцать восемь рублей! — многозначительно ответила женщина.

- Ой даже не знаю. Боюсь я такую сумму не осилю, — ответил я. — Хотя ладно. Выхода у меня и так нет.

Кажется, хозяйка квартиры не поняла моего сарказма и даже вроде смутилась, принимая от меня сто тридцать восемь рублей.

Утром принимаю душ и слышу кто- то стучит в дверь. Ну как стучит. Барабанит со всей силы.

Ну я прикрыл свое роскошное тело полотенчиком и иду.

- Кто там? – спрашиваю

- Ооооой, проснулся наконец-таки, проснуууулся! – заорало что-то  за дверью женским голосом.

- Кто это?

- Я ваши апартаменты пришла убирать! Уже полчаса стучуся.

- Женщина, вы время видели? – ору я.

Ответом мне была тишина.

- Ой, молю, простите ради бога, простите, я думала уже час дня, а еще только половина двенадцатого.

- Сейчас я оденусь и открою вам. — натягиваю трусы на свое всё так же роскошное тело.

- Ой, нет, не надо. Я постою тут. Не надо, ну простите меня ради бога.

Казалось, женщина где-то там за дверью стоит уже на коленях, моля о прощении.

Пока я одевался, женщина еще что-то причитала про возраст и рассеянность, про нерадивых квартиросъемщиков, которых постоянно приходится будить, про какого-то Павла Георгиевича.

Открываю. Стоит, невысокого роста, худющая. Пожилая, но со следами, как говорится, былой красоты.

- Проходите, — говорю я.

- Простите меня.

- Да проходите вы уже!

Зашла. Стоит у двери, прижимая комплект постельного белья к груди.

А у меня завтрак на столе. Яблоко и горстка миндаля. Но аппетит она мне отбила, никакого яблока с миндалем уже не хочется.

- Простите. Пожалуйста, поешьте, а я подожду за дверью! – снова заголосила женщина

- Да я уже на поезд опаздываю, – солгал я, чтобы она перестала просить прощения.

- Я вам сейчас ваши орешки в пакетик положу, в поезде поешьте! — женщина начала рыскать в своей сумочке в поисках пакетика.

- Да хватит уже, ничего не надо. Меня такси уже ждет, – буркнул я.

- Вы только хозяйке не жалуйтесь на меня, хорошо?

- Не буду, — пообещал я.

Уезжая из Воронежа, я улыбался,  вспоминая эту беспокойную женщину.

'

Популярное

))}
Loading...
наверх